Государственный номер это не просто формальность, а идентификационный код автомобиля, без которого выезд на дороги общего пользования невозможен. Во многих странах к нему относятся почти как к элементу имиджа: коллекционеры и автолюбители готовы выкладывать внушительные суммы за особые комбинации букв и цифр. Как выяснил портал njcar.ru, в советскую эпоху номерные знаки тоже имели свои примечательные черты, хотя о некоторых нюансах широкой публике стало известно только спустя десятилетия.
За время существования СССР внешний вид номерных табличек менялся неоднократно. Наиболее заметная реформа состоялась в преддверии Летней Олимпиады 1980 года в Москве. Тогда привычные чёрные пластины с белыми символами уступили место белому фону с чёрными знаками. Этот вариант стал отправной точкой для будущего российского стандарта, хотя по ряду деталей отличался от западных образцов.
Одной из главных особенностей советских номеров было использование кириллического алфавита. Если сегодня на российских табличках допустимы лишь латинские буквы, то в те времена можно было встретить, например, «Ш» или «П» символы, вызывавшие недоумение у иностранцев. Целенаправленно за «говорящими» комбинациями тогда почти не гонялись, но случайно полученный номер с намёком или шутливым словом приносил владельцу особую радость. Так, табличка «ЛЕЩ» стала бы настоящей находкой для заядлого рыболова.
В конце 70-х годов, параллельно с обновлением привычных номеров, на советских улицах появились необычные жёлтые регистрационные таблички. Эти «экспортные» версии полностью состояли из латиницы и цифр. Их устанавливали на автомобили, предназначенные для зарубежных покупателей, а также выдавали транспортным средствам, которыми пользовались иностранцы. Для дипломатов применялись красные номера традиция, сохранившаяся и сегодня.
Путешествия за рубеж на личной машине в СССР были редкостью, но иногда такое всё же случалось. Для этих поездок в ГАИ выдавали временные знаки с ограниченным сроком действия. Бывали ситуации, когда дополнительные таблички не требовались, при условии, что стандартная комбинация не содержала кириллических символов. Особенно это касалось спортивных автомобилей, отправлявшихся на международные соревнования: они выезжали с родными номерами, а временные, если и получали, после возвращения сразу сдавали.
Хотя привычной для нас системы кодов регионов тогда не существовало, определить «родину» машины можно было по буквам. Так, «МО» обозначало Москву, а «ЛА» Ленинград. Сейчас на номерных знаках регион обозначается цифрой, при этом количество русских букв было сокращено: остались только те, которые совпадают по написанию с латиницей (чтобы соответствовать европейским стандартам).
В СССР существовали автомобильные номера, которые сами по себе служили своеобразным пропуском в круги с особыми привилегиями. Например, к московской Олимпиаде была выпущена серия табличек с буквами «ОЛМ». Такие номера можно было увидеть лишь на автомобилях, задействованных в обеспечении и обслуживании спортивного праздника.
Для машин, закреплённых за высокопоставленными партийными руководителями, предназначалась комбинация «МОС». Народная фантазия быстро дала ей шуточную расшифровку «Московский Особый Статус». А охрана Брежнева передвигалась на автомобилях с индексом «МОЛ», который в кулуарах интерпретировали как «Мы Охраняем Леонида».
Космонавты, считавшиеся национальной гордостью, имели свой особый код «ММО». Цифры после букв соответствовали номеру их полёта в космос, и к концу 1980-х подобные машины стали встречаться всё чаще.
Существовали и так называемые «блатные» номера, которые было невозможно просто купить они доставались благодаря связям или особому статусу. Нередко известные спортсмены просили комбинации, совпадавшие с их игровыми номерами. Так, на «Волге» легендарного хоккеиста Валерия Харламова красовалась комбинация «00-17», полностью повторяющая его номер на льду.
